Отходы БЦБК: опять с нуля

Отходы БЦБК: опять с нуля

БЦБК, закрытый по решению правительства в 2013 году, оставил после себя шлейф нерешенных проблем. В числе самых наболевших — необходимость ликвидации более 6 млн кубометров токсичных отходов. И хотя за минувшие пять лет проектов на сей счет было выдвинуто несколько, на стадию реализации ни один из них так и не вышел. Как поступить с незавидным наследством целлюлозно-бумажного производства, неясно до сих пор.

Не первый проект

В минувший вторник, в день пятой годовщины со дня закрытия комбината, в Иркутске состоялись общественные слушания по вопросу текущего состояния дел по ликвидации отходов БЦБК. В дискуссии приняли участие ученые, активисты-общественники, представители областного правительства и госкорпорации «Росгеология». Инициатором проведения слушаний выступила общественная организация «Байкальский центр гражданской экспертизы».

Напомним, что в 2014 году широкой общественности уже был представлен проект, разработанный компанией «ВЭБ-Инжиниринг», предполагающий так называемое омоноличивание отходов БЦБК. Суть технологии сводилась к смешиванию шлам-лигнина с золой, цементом и известью, в результате чего должен был получиться твердый и, как утверждалось, безвредный монолит. Этот проект прошел общественные слушания и даже получил одобрение государственной экологической экспертизы Росприроднадзора. Однако позже, по решению Генпрокуратуры, положительное заключение было отозвано. Проект был признан небезопасным.

Далее, в 2017 году, распоряжением правительства поставщиком услуг по ликвидации отходов БЦБК была назначена госкорпорация «Росгеология», которая прошлой осенью также представила широкой общественности проект по рекультивации отходов комбината, разработанный совместно со специалистами ИРНИТУ. По сути, это был тот же проект «ВЭБ-Инжиниринг», только скорректированный и переработанный. В его основе лежала технология, которая опять же предполагала смешивание шлам-лигнина, но с другими ингредиентами и по иной рецептуре. По замыслу разработчиков такой метод позволил бы получать твердый и нетоксичный техногенный грунт.

В итоге, несмотря на критические замечания целого ряда ведущих ученых, в ноябре 2017 года проект прошел общественные слушания. Еще через месяц между АО «Росгеология» и региональным министерством природных ресурсов и экологии был заключен контракт на выполнение работ по ликвидации отходов БЦБК. Реализация проекта была оценена почти в 6 млрд рублей, из которых порядка 20% средств — деньги областного бюджета, остальные — федерального. Сроки контрактом были обозначены четкие. До 2020 года подрядчик должен был завершить работы по ликвидации отходов.

Все с нуля

Между тем уже сейчас понятно, что в обозначенные сроки подрядчик не уложится. В марте текущего года дочернее подразделение Росгеологии — «РГ-Экология» — работы приостановило. В числе причин полуразрушенное состояние очистных сооружений БЦБК, за счет которых предполагалось переработать часть отходов, а также истечение срока давности инженерных изысканий.

Как пояснил в ходе слушаний первый из докладчиков — руководитель ОГКУ «Дирекция по эксплуатации гидротехнических сооружений и ликвидации экологического ущерба» Валентин Бороденко, сейчас за счет собственных средств подрядчик работает над корректировкой проектной документации.

Глеб Писарев, заместитель генерального директора «РГ-Экология», слова Валентина Бороденко подтвердил:

— В рамках дополнительного соглашения мы ведем опытно-промышленные работы на Солзанском полигоне, занимаемся корректировкой проектной документации, актуализацией инженерных изысканий. Фактически мы начали работы с нуля.

Поскольку технология переработки все еще не выбрана, львиная доля вопросов от участников общественных слушаний так и осталась без ответа. В части сроков и методов ликвидации отходов ясности пока, к сожалению, никакой.

— Прежде чем говорить о применении той или иной технологии, о том, будем ли мы вывозить часть отходов или нет, нам нужно произвести комплексные изыскания, определить реальный объем загрязнений, — отметил Глеб Писарев. — Только в ноябре, после получения результатов исследований, мы сможем приступить к разработке технологий.

Моты вне опасности?

Не остались в стороне от обсуждения темы и активисты-общественники, в том числе и жители города Байкальска и поселка Моты. Главное, что интересовало последних, — не планирует ли подрядчик захоронить токсичные отходы БЦБК на территории Шелеховского района. Напомним, что несколько месяцев назад стало известно о переводе части земельного участка, принадлежащего АО «Иркутскгеофизика» (структурное подразделение Росгеологии) и располагающегося в районе поселка Моты, из категории земель сельхозназначения в категорию промышленных. Это и явилось причиной тревог. Масло в огонь народных волнений подлила и информация о том, что Иркутскгеофизика обратилась в министерство природы за разрешением оборудовать съезд с федеральной трассы к собственным землям в целях осуществления подвоза большегрузного транспорта.

— Мы 4 месяца занимаемся детективной деятельностью, — посетовал председатель инициативной группы «Фронт защиты села Моты» Петр Пешков, обращаясь к представителю Росгеологии. — Проясните ситуацию.

—Да-да, — поддержал жителей поселка Юрий Фалейчик, председатель правления общественной организации «Байкальский центр гражданской экспертизы». — Когда речь заходит о Мотах, всегда остается ощущение, что кто-то врет.

В ответ Глеб Писарев заверил, что ни малейших причин для волнения нет — земельный участок АО «Иркутскгеофизика», расположенный в Шелеховском районе, не будет использован для захоронения отходов.

— То, что Иркутскгеофизика решила перевести часть своей земли в категорию промышленных, еще не говорит о том, что туда планируется вывозить шлам-лигнин. Захоронение отходов 4-го класса опасности возможно лишь на полигонах, а это не полигон. Просто так переложить шлам-лигнин из карт-накопителей в Моты — ну, это инсинуация, это невозможно.

«Сели будут, и возможно, скоро»

Между тем по самым оптимистичным оценкам разработка нового проекта и его экологическая экспертиза займут не менее года. Учитывая вероятность схода селей, ситуация грозит выйти из-под контроля. Напомним, что за 47 лет работы Байкальского БЦБК на полигонах комбината скопилось более 6 млн кубометров токсичных отходов. Несколько карт-накопителей, оставшихся в наследство, сейчас переполнены и представляют серьезную угрозу для экосистемы озера.

— В шламонакопителях БЦБК находится порядка 4 млн кубометров твердого вещества. Это гигантский объем, — отметил в ходе слушаний Юрий Фалейчик. — Для сравнения: тело плотины Иркутской ГЭС длиной 2,5 км — это 12 млн кубометров. То есть по объему это треть плотины!

Насчет вероятности схода селей в Слюдянском районе доходчиво пояснил заместитель директора Института земной коры СО РАН Кирилл Леви. Несколько лет назад в руки профессора попало заключение, подготовленное «ВЭБ-Инжиниринг», согласно которому городу Байкальску опасность селей не грозит. Такой вывод ученого весьма удивил.

— Говорить о том, что здесь селевых потоков нет и быть не может, нам не дает история. И закрывать на это глаза нельзя, это опасно, — подчеркнул Кирилл Леви. — Опасные геологические процессы в Прибайкалье присутствуют, они зависят от комплекса гидрометеорологических условий. Зимой вероятны снежные лавины; летом, если сухо — горные обвалы, если влажно — оползни. Ну и возможен сход таких каменных потоков, какие мы видели в Аршане в 2014 году. В Слюдянском районе аналогичный сель сошел в 1971 году, стихия охватила огромную территорию.

Пока, по словам профессора, гидрометеорологические условия, к счастью, благоприятные — солнечная активность невысокая, количество осадков умеренное. А значит, шанс подготовиться к вероятной стихии — построить селенаправляющие дамбы, селепропускные каналы — у региона есть. Главное, чем чреват сход селевого потока, — попадание ядовитых отходов комбината в озеро Байкал.

— Ну, не было 30 лет селей, да. Но это ведь не значит, что их не будет. Будут, и вполне вероятно, что скоро.

«Делим деньги, ходим по кругу»

В ходе общественных слушаний представители ряда институтов и проектных организаций не раз отмечали: технологии переработки шлам-лигнина уже есть, их эффективность доказана. Так, в частности, по словам Александра Сутурина, заведующего лабораторией биогеохимии Лимнологического института, их метод рекультивации полигонов уже успешно опробован на Селенгинском БЦБК. Суть данной технологии — в переработке отходов целлюлозно-бумажной промышленности в почвогрунт.

— Технология запатентована и опробована, она в разы экономичнее и позволяет создать на месте полигонов современные лесопитомники, — подчеркнул ученый.

— Наши коллеги-лимнологи такие полигоны культивируют на раз-два, — поддержал Александра Сутурина представитель АО «СибГипробум». — То одна компания разрабатывает технологии и проводит исследования, то другая. В итоге мы бегаем по кругу, делим государевы деньги. А ларчик просто открывается — все уже сделано.

В свое время и «СибГипробум» — институт по проектированию предприятий целлюлозно-бумажной промышленности — разработал комплекс мер по закрытию БЦБК, куда также входили и мероприятия, связанные с рекультивацией и утилизацией всех накопленных отходов. Однако меры эти так и не были реализованы.

Свыше трех часов участники слушаний говорили о ликвидации загрязнений, о возможных технологиях переработки шлам-лигнина. По итогам дискуссии были сформулированы рекомендации правительству региона и подрядчику — АО «Росгеология». В числе ключевых — проведение противоселевых мероприятий для смягчения рисков разрушения полигонов и привлечение к опытно-промышленным испытаниям и других разработчиков технологий по переработке шлам-лигнина. Заксобранию области и контрольно-счетной палате региона общественники рекомендовали проанализировать заключенные контракты между правительством области и АО «Росгеология», а также взять на контроль расходование бюджетных средств, направленных на ликвидацию ущерба окружающей среде от деятельности БЦБК.

http://baikal-info.ru

Начните обсуждение первым!

Добавить сообщение

Дорогие друзья! Помните, что администрация сайта будет удалять:
  1. Комментарии с грубой и ненормативной лексикой
  2. Прямые или косвенные оскорбления героя поста или читателей
  3. Короткие оценочные комментарии ("ужасно", "класс", "отстой")
  4. Комментарии, разжигающие национальную и социальную рознь

Яндекс.Метрика